На ВЭФ был павильон Донбасса.
Среди экспонатов, стендов, фотографий и объектов я заметила совершенно простую вещь — силиконовый браслет.
Красный и белый. Небольшая надпись: «Там, где Донбасс…» И маленькая трафаретная роза.
Вещь, которую легко было бы не заметить.
Но именно такие вещи мне особенно интересно разбирать с точки зрения визуальной коммуникации.
Потому что здесь, кажется, почти ничего нет.
Кусок силикона. Два контрастных цвета. Несколько слов. Маленький цветок.
И при этом — огромное количество смыслов.
Фраза, которую нужно закончить самому
«Там, где Донбасс…»
Фраза намеренно не завершена.
И это, пожалуй, первое сильное решение.
Автор не договаривает за человека.
Продолжение возникает у каждого своё.
Там, где Донбасс, — сердце?
Дом?
Свои?
Память?
Жизнь?
Надежда?
Визуальная коммуникация вообще очень часто становится сильнее именно там, где оставляет зрителю пространство для собственного продолжения.
Нам не сообщают готовую мысль.
Нам предлагают её закончить.
Роза, сделанная из металла
Впервые с образом розы Донбасса я столкнулась раньше — в 2024 году, когда работала лектором на выставке-форуме «Россия» на ВДНХ.
Там была металлическая роза, выкованная из фрагментов боеприпасов.
Среди множества экспонатов региональных павильонов именно возле неё хотелось задержаться.
Наверное, потому, что в самом объекте было заложено очень сильное противоречие.
Материал, связанный с оружием и разрушением, превращался в цветок.
В символ жизни и красоты.
Тяжёлый металл — в хрупкую форму.
Оружие — в розу.
И почти сразу возникала другая ассоциация.
«Цветы лучше пуль».
Цветок против оружия
Есть изображения, которые переживают время и продолжают работать десятилетиями.
В 1967 году появились две фотографии, ставшие визуальными символами антивоенного движения.
На знаменитом снимке американского фотографа Берни Бостона молодой человек помещает цветы в стволы винтовок военных.
На фотографии Марка Рибу молодая женщина стоит с цветком перед строем вооружённых солдат.
В обоих случаях фотографическая конструкция предельно проста.
С одной стороны — оружие.
С другой — цветок.
Сила и хрупкость.
Угроза и жизнь.
Металл и растение.
И ничего практически не требуется объяснять словами.
Образ считывается мгновенно.
И спустя десятилетия эта визуальная формула продолжает существовать.
Цветок против оружия.
Цветок как противоположность насилию.
Цветок как надежда на то, что у человека существует другой способ разговаривать с миром.
Почему именно роза
Позже я прочитала, что Донецк когда-то называли городом миллиона роз.
Ещё в советские годы здесь появилась идея ежегодно высаживать огромное количество роз — примерно по одному кусту на каждого жителя города.
Так роза постепенно перестала быть просто декоративным цветком.
Она стала частью образа города.
И тогда маленький рисунок на браслете начинает считываться совершенно иначе.
Это уже не просто цветочек, который дизайнер поставил рядом с надписью.
За ним возникает город.
Его история.
Его визуальная память.
И это одна из самых интересных особенностей символа: внешне он может быть невероятно простым, но за этой простотой иногда скрывается целый культурный слой.
Красный и белый
Браслет построен всего на двух цветах — красном и белом.
Я не знаю, какой именно смысл вкладывали в это сочетание авторы айдентики, поэтому не хочется придумывать за них объяснение.
Но зритель всё равно приходит со своим культурным опытом.
Мы никогда не смотрим на цвет совершенно нейтрально.
Красный может считываться как жизнь, любовь, тревога, кровь, энергия.
Белый — как мир, чистота, тишина, пустота.
И рядом с маленькой розой и незаконченной фразой эти цвета начинают создавать дополнительные ассоциации, даже если дизайнер изначально их не программировал.
Это ещё одно свойство визуального языка:
автор создаёт знак, но окончательный смысл рождается уже между знаком и зрителем.
И ещё — сам браслет
Есть здесь и ещё одна очень точная вещь.
Это не плакат.
Не стенд.
Не сувенир, который останется лежать на полке.
Это браслет.
Его надевают на руку.
Туда, где чувствуется пульс.
И после выставки человек уносит его с собой.
Мне кажется, это принципиально меняет отношение к предмету.
Большой выставочный объект остаётся в павильоне.
Плакат остаётся на стене.
А маленький браслет становится личным.
Он оказывается рядом с телом.
И сообщение перестаёт принадлежать выставочному пространству — человек буквально уносит его в свою жизнь.
Почему меня вообще заинтересовал этот предмет
Наверное, потому, что я постоянно говорю со студентами о том, что визуальная коммуникация — это далеко не всегда сложный дизайн.
Иногда мы пытаемся добавить в работу слишком много.
Больше изображений.
Больше шрифтов.
Больше эффектов.
Больше объяснений.
А потом встречается предмет, в котором почти ничего нет:
два цвета,
несколько слов,
маленькая трафаретная роза.
И оказывается, что этого достаточно, чтобы запустить длинную цепочку:
браслет → роза → город → история → фотография → оружие → цветок → память → жизнь.
Мне кажется, именно в этот момент особенно хорошо понимаешь, чем визуальный знак отличается от декоративной картинки.
Картинку мы просто видим.
А хороший знак заставляет нас вспоминать, сопоставлять, достраивать и чувствовать.
Для меня за этим маленьким браслетом постепенно раскрылась именно такая цепочка ассоциаций:
город миллиона роз;
металл оружия, превращённый в цветок;
фотографии 1967 года;
память;
жизнь;
надежда.
И снова возникла очень простая фраза:
Цветы лучше пуль.
Наверное, одна из удивительных способностей изображения состоит именно в этом.
Иногда для сильного сообщения не нужны сложная технология, большой бюджет и десятки визуальных элементов.
Иногда достаточно кусочка силикона, нескольких слов и маленькой трафаретной розы, чтобы человек остановился.
Начал вспоминать.
Соединять истории.
И вдруг обнаружил, что этот маленький предмет заставляет его чувствовать гораздо больше, чем предполагал его размер.
Вот она — сила визуальной коммуникации.
Наталья Скрипка
Фотограф · фотохудожник · преподаватель
Журнал
Памятная акция у мемориала «Боевая слава Тихоокеанского флота»
